Бриллиантовый Мик Харви продолжает меня радовать бесконечно (в отличии от того же Кейва).
Какая же вкусная музыкааа…
Особенно “October Boy” (со 2-й минуты примерно). Все, ушла покупать диск.
Вдогонку к Акерману подумалось - как потрогать руками мысль?
Как визуализировать слоеный пирог звуков, музыки, ощущений. Обрывки воспоминаний. Клочки мыслей. Уносимые ветром куски газет. Наложившиеся друг на друга Calecsico и шороха асфальта под колесами. Хамсин, море, взрывающяя мозг мигрень. Куба. Запахи тухлой рыбы, йода озона. Дорога, дороги… тысячи километров дорог… Marco’s shadow falls on the door to the Seven Lost Cities of Gold… DT. Casa no Name
Какого беса я вообще пытаюсь все визуализировать? Зачем вытаскивать наружу то, что приходит в состоянии кристально чистого сознания? И отчего визуализация разбивает его при пересечении барьера?
Цена свободы разума - убийство сознания? А на выходе только голова ворона, крысиный хвостик да растрескавшаяся улыбка под маской. …for a break in the line here…
Н-нет, это уже совсем не Акерман получился. Это я уже в далеко в Casa No Name…
Ох утянут меня за собой забытые боги…
…both sides keeping a close eye watching the bullets fly here…
Хотя это все не о том, совсем не о том… he can get you anything you want might cost you a life, might cost you…
Но как же оно все перепуталось то!!!
the whole price of freedom here… on the Crystal Frontier
on the Crystal Frontier…
Вот! И ведь действительно полное ощущение, что наебали! Может я бы не так ласково сказала, да мне лень слова подбирать, тут и так все ясно.
Дальше про то, как я больше не пойду Аукцион слушать.
Что еду в поезде. Вижу в окно озеро, мост, протока. Вода серо-стального цвета. Вода, не вода, а ртуть. Холодно, очень. А хочется еще холоднее. Пальцы примерзли к перилам, и я уже не в поезде, а на мосту. И вокруг все плавится в холодной, серо-стальной воде. И отчего то нет больше никаких красок вокруг. Как у Джармуша в Мертвеце.
Хочу теперь добавить такое ощущение в фотографию. Так чтоб ни черного, ни белого, а все серо-стальное и плавящееся.
Вот как музыка Under Byen.
Что-то… Подзависла я под плинтусом. А там… там очень много моли развелось.
Буду теперь себя радовать розовыми кошками к горошке.
Вот только Импосибле Проджект продолжает зверский арт ваять, а не поляроиды. Так что Кошки белеют, а Горошки исчезают…
Кошки-ножки мои. А картинка - Славина.
И в качестве саундтрека:
Я тут прокатилась в Питер. Почистила голову. Ничего шедеврального, конечно же (ну кто б сомневался) не произошло. Но все же, но все же… Просто таки возрождение традиции многолетней давности, когда я моталась туда-сюда каждый год. Вот только путь лежал все дальше пределов Болотного Града. Все дальше и дальше на севера. Не особо я горю желанием изучать неведомые мне города, но разве что есть в тех городах некто, кто покажет мне все его внутренности… Вообще что-либо изучать приятнее за рулем. За рулем чего угодно, но чтоб дорога впереди не кончалась. Хе, татаро-монгольские предки мне спать спокойно не дадут, однозначно. Прям даже обидно, что не прокатилась в этот раз в Заполярье.
Страшно же возвращаться. В офис. Надоел до того, что скулы сводит. Подожду пожалуй лет эдак 10 и уйду к кочевникам. Если, конечно же, никто не подарит мне до того маячок на фьёрде..
И к слову о прочистке башки - выудилось из просторов интернета, откуда совершенно не представляю, но позабавило невероятно.
“…По рзеульаттам илссеовадний одонго анлигйсокго унвиертисета, не иеемт занчнеия, в кокам пряокде рсапожолены бкувы в солве. Галвоне, чотбы преавя и пслоендяя бквуы блыи на мсете. Осатьлыне бкувы мгоут селдовтаь в плоонм бсепордяке, все рвано ткест чтаитсея без побрелм. Пичрионй эгото ялвятеся то, что мы не чиатем кдаужю бкуву по отдальености, а всё солво цликеом.”
Отменная иллюстрация того, как мы смотрим, но не видим…
Разгром вокруг. Полнейший. Хаос.
Хаос есть мое любимое состояние души. При видимости порядка желание шевелиться пропадает. Да и зачем. Порядок есть статика, статика есть смерть. Творить в состоянии смерти мелкомасштабной бессмысленно. Крупномасштабной - невозможно.
Читаю Бодрийяра. Шуршит бумага и пахнет протухшими книжными страницами. Шепчет про истоньшение действительности, про излишнюю пиксельную резкость современного мира, про захват реальности виртуальностью…
Теперь утром захожу за кофе, потом топаю в близлежащий садик, снимаю очки, и пол-часа пью кофе, и убиваю виртуальность своим минусовым зрением. Хорошо, хорошо… Тихо…
Кручу мысли о смерти.
Перестала снимать для фиксации момента. Неинтересно. И реальность опять отзывается картинками. Снова виджу мелочи вокруг, забитые той самой попыткой, тот самый момент отфиксировать.
Существование весьма напоминает процесс проявки отпечатка: засветка - проявка - фиксация. Фиксацию исключить, и распад наступит мгновенно, стоит лишь выбраться на свет (Жить быстро, умереть молодым?). Если таки оставить - медленнее, но все одно наступит. А отфиксировали, но плохо промыли? The earth is full of ghosts now? да, и да, и Ghosts that sweat and ghosts that cry…
Долго обмусоливая что-то в голове, получаешь вокруг концентрированную отдачу реальности. Старик в инвалидной коляске со сладковатым запахом разложения. Труп котенка у двери магазина. Разезжанная, до состояния кляксы, тушка птицы. Нечто на асфальте, непонятной формы и содержания, пожираемое кучей белых червей. И это обратно пройдясь, от кофейни до дверей машины.
Где это, у кого был театр смерти?
Тончайшая, мрачновато-прозрачная красота Coil, эстетически выверенная, как кадры Джармена. Поэма тления… Так бы снимать, как они умирают… The moment you discover that your killer is your lover
I kill all that I love, I just destroy what I become